Как обычно, моя палатка с краю! Ничего не начнут делать, пока их собственных сыновей и дочерей не похитят неизвестно куда! А что, если их там убивают? Или калечат? Может там вообще каннибалы какие-нибудь, дикари! Поняв, что Совет окончен, Буря упала духом, так же видя, как предводительница ее племени, по совместительству её дочь, ничего не смогла сделать. Она опустила голову, и ее глаза пылали жаждой набить кому-нибудь морду. Она озлобленно потащилась в лагерь, раскидывая ветки и листья на своём пути!
(с) Огненная Буря
Что это за помутнение?
Нет, это точно была не давящая атмосфера.
И точно не рыжий комок меха, что называл себя его предводительницей.
А, может?..
В этот момент Лиса Пламенного Заката, словно заслышав мысли пестрого исполина, мгновенно развернулась на месте и оказалась нос к носу с Быстрокрылым Журавлем, который едва выдохнуть успел.
Слишком близко.
Этот запах, который каждый раз появляется и исчезает настолько молниеносно, насколько вообще возможно.
Слишком близко.
Держаться было невозможно сложно.
Какой сезон сейчас? А время суток? Совет же был только что? А время... Должно быть ночь! Да, точно, ночь.
(с) Быстрокрылый Журавль
— Может, пока никого нет, чаек половим? — один другого лучше, хромой и глухой, но точно будет весело!
(с) Морозный Склон
— Серый кот? Предвестник...эээ... Как его там? Предвестник Волчьей Песни? Ой, опять не так... Предвестник Далёкой Волчьей Песни? Опять не так... — Стрекоза не переставала говорить. Что за болтушка?
(с) Ураганчик
Эмоции прекрасны, да и давно бы уже разорвали пятнистую изнутри, если бы она попыталась спрятать их от окружающих. Шум Дождя — огонь, свободная от чьих-либо указаний стихия, разрушительная и величественная. Пламя нельзя пытаться приручить, но можно попробовать стать его другом, наставником, тем, к кому он может прийти и высказаться.
(с) Шум Дождя
— Здесь, на земле, нет любви. Что такое любовь? Любовь — пустой звук. И я не умею любить, но я умею желать. Так, как желают иметь добрую еду, чистую воду, сухую подстилку и место, где можно переночевать. Знаешь, чего еще желаю я? Я желаю видеть свою семью целой и невредимой. Ты моя семья, сестра моя семья. И связь между нами хрупкая, но она держится до тех пор, пока Владыка считает нужным.
(с) Глинтвейн
— КОГТИШКА! ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ! КАК ЖЕ Я ТЕБЕ РАД! — в том же тоне проорал Рогатик, надрывая связки и тяжело дыша. С дерева упало ещё несколько листьев. — ДА Я ТУТ УЖЕ ПОЧТИ ДО ВОЕВОДЫ ДОЗРЕЛ!
(с) Бычок
— РОГАТИК! ТЫ ЧТО ТУТ ДЕЛАЕШЬ? — Заорал Когтишка, вставая передними лапами на ствол дерева. "Может дерево потрясти и он упадет? Совсем как яблоко!" — ТЫ ТАМ ЧТО, ДОЗРЕВАЕШЬ ДО ОРУЖЕНОСЦА?
(с) Когтишка
— Тебе, э... Лиса Пленённая За Кота, — племенные имена давались ему плохо. — Тебе я разрешаю нести Когтя, так и быть. Я пойду рядом и будут следить, чтобы ни ты, ни Быстро... Крытый... Быстрокрылый Журавль не ранили его. Ведите нас к своему дому. Коготь должен жить.
(с) Штормик
— Малыш, ты отцом ошибся, — ровный, но чуточку грубый голос. Был ли он холодным и отчуждённым? Ты не знал, да и обращать внимание на интонацию не хотел: в тебе кипела злость; и видят предки, что крайне сложно контролировать себя. — Метнись кабанчиком назад в лагерь и поищи свободные уши там.
(с) Жалящий Шершень
— Засунь свои племена знаешь куда? — не отступил кот, приметив, как кошка глянула на выпотрошенного зайчишку.
(c)
Глухой Тупик
— Нет, куда? — спросила кошечка, склонив голову на бок и смотря прямо на воителя.
(с)
Пёстрая Шубка
Первая мысль Рогатика была — "кролик!" — и он сразу навострил ушки, а хвост его поднялся трубой. Но, так как ловить кроликов Рогатик не умел, он воспользовался точно такой же тактикой, какой всегда пользовался в играх с котятами: просто побежал вперёд, раззявив пасть.
(с) Бычок
Жадно впившись зубами в тёплое благоухающее тельце, воитель скосил глаза на Лису Пламенного Заката и Быстрокрылого Журавля, которые привели с собой двоих незнакомых котят-подростков.
«Интерееесно. Исчезли куда-то после Совета вдвоём, а вернулись уже с котятами. Быстро они».
(с) Кленовый Лист
— Не стесняйся, братишка, — хмыкнул охотник, — Я тебе покушать принес, угощайся.
(с) Глухой Тупик
Глядеть на сломленную Лису было больнее всего. Клёну мучительно захотелось подойти к ней, сказать какие-нибудь утешающие слова — уж он бы придумал, какие, — но от предводительницы не отходили глашатай и целительница племени.
Может быть, потом, в лагере...
— Ничего ещё не кончено, Лиса Пламенного Заката, — тихо проронил Лист, глядя сквозь толпу на сломленную фигуру рыжей кошки; но вот прошло мгновение слабости, и та вновь расправила плечи, вернув свой привычный властный облик. — У тебя потрясающая сестра, Лепесток. Тебе есть на кого ровняться.
(с) Кленовый Лист
"Я готова встретить тебя, бушующее море. И всегда была готова..."
(с) Жало Скорпиона
Позволив Тупику подойти ближе, Могильщик с улыбкой оглядел его разодранного, окровавленного зайца. Учитывая то, как неаккуратно охотник убил свою жертву, съесть этого зайца стоило как можно быстрее. Выглядела распотрошенная дичь впечатляюще.
— Ты умница, Глухой Тупик, — похвалил он брата, сгребая дичь в лапу и одним броском закидывая на верхушку общей кучи. — Я поем... возможно, попозже. Сначала отнесу этого зайца королевам. Будь уверен, они сразу же пожалеют, что растят котят не от тебя.
(с) Жук Могильщик
— Прошу вас ещё внимания, помимо скорбных вестей есть и радостные. Мы всегда были сильны духом и едины, нас закалил суровый ветер и солёные брызги, наше племя должно жить дальше даже после потери достойных и молодых. Только наша непоколебимость и общность помогает нам оставаться племенем Шторма, только наша суровая сила даёт нам победу в бою.
(с) Предвестник Далёкой Бури
Коты - Воители. Легенды моря |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Коты - Воители. Легенды моря » Святилища » Пещера Небесных Водопадов
Эта пещера служит связью между живыми котами-воителями и их предками - Облачным племенем. Сюда каждое новолуние приходят целители, чтобы открыть свои сны Облачным предкам. Так же, сюда приходят глашатаи племен за даром девяти жизней и третьей составляющей их имени.
---> Столбы Вечности
Какое-то время Вязолистная Таволга шла с отрядом своего племени возвращавшегося в лагерь. После разговора белая решила оставить глашатая и предводителя наедине, дабы те могли продолжить начатый ими разговор. Да и просто не хотелось показывать своего состояния кому-то и волновать попросту всех соплеменников. Тем более волнения были не обоснованы и оставались лишь каким-то недоразумением в глазах белой целительницы; но нутро говорило об обратном. Конечности легко покалывали, посылая тревожные сигналы в мозг и заполняя душу неприятным ощущением. Такое часто бывает, когда отлежал лапы, но ведь сейчас ничего такого не было именно это и подливало масло в огонь.
Из-за недавней перепалки на совете племен Таволга решила не рисковать и так натянутыми отношениями и поэтому выбрала путь через земли своего племени, пусть это и занимало больше времени. Ведь Пещера Небесных Водопадов находилась на противоположной части гор, и было бы быстрее, если бы путь кошка держала через соседние племена, путь через их территории почему-то был короче. Строение гор, как ни как.
Распрощавшись с отрядом и оставшись одна на границе, кошка посмотрела на ночное небо, которое уже постепенно начинало приобретать светлый оттенок. Луна, далекая и прекрасная, словно вечное око, наблюдающее с высокого полета за всей этой беспредельщиной что творилась в округе. Не задерживаясь на границе, когда отряда уже не было видно, Вязолистная Таволга двинулась с места и рысцой засеменила в нужное ей направление.
Время шло, небо все больше начинало осветляться из-за встающего где-то солнца на востоке, а расстояние уменьшалось с каждой секундой. Целительница хотела вернуться в племя хотябы к полудню, дабы сильно не задерживаться и заняться лечением раненых и сбором трав к холодам. Казалось бы, что еще рано думать о таких вещах, но время летит слишком быстро и не заметно, и не успеешь оглянуться как его уже и нет.
Расстояние оставалось ничтожным.
Зевнув вовсю пасть, из-за очередной бессонной ночи, кошка огляделась по сторонам. Никого не было. Где-то вдали начали просыпаться первые ранние птицы и распевать свои песни, а сверчки или кузнечики продолжали играть свою ночную серенаду. Именно в этот момент, белая и почувствовала на себе чей-то взгляд. Опасность была высокой, она шла возле гор, где, по мнению всех, могли прятаться те, кто угрожает всем племенах. А может быть это были лишь ложные опасения нагнетающей обстановки что творилась возле белой целительницы.
Путь до конца, а именно до тех самых пещер, она ощущала на себе чей-то взгляд и чье-то присутствие. Но сколько бы кошка не оглядывалась, ничего она не замечала и не видела. Тяжело выдохнув, она последний раз оглядела территорию по сторонам и позади себя и только после этого прошла в пещеры, что открывались перед ней.
Чем дальше она проходила, тем спокойнее становилось на душе. Быть может, это было самовнушение что тут спокойно, а возможно все же за ней и правда кто-то следил и сейчас этих взглядов просто не стало. Гул в пещерах был приятный, а легкая прохлада окутывала напряженное тело белой целительницы. Дойдя до нужного места, такого привычного, Таволга опустилась возле кромки воды нагнув аккуратно морду к воде, сделала несколько глотков, пропуская сквозь свое тело прохладу только что выпитой воды и погрузилась в сон.
Лунный свет, пробивающийся сквозь потолок пещеры, прятался в водопаде да игрался с редкими волнами на водной глади. Громкий монотонный шум воды, стекающей с камней, распространялся эхом по всей пещере. Казалось бы, нечто, скрывшееся меж небесных водопадов, не ожидало гостей, поэтому приход Вязолистной Таволги напугал невидимых жителем пещеры Небесных Водопадов. Едва кошка сделала несколько шагов внутрь, звуки будто бы стихли, повинуясь правилам ночи.
И потому, едва Вязолистная Таволга, согласно обрядам, провалилась в сон, невидимые глазу гости тут же закружили над ней, уберегая от чужих лап и даруя знамение, которое могли рассказать только светлой целительнице.
Огромные угодья раскинулись вдаль, не выбираясь за пределы линии горизонта. Шорохи в траве приближались, и с каждой секундой становились более резкими, громкими. Неизвестный вывалился на поляну, неуверенно переступая с лапы на лапу. Двигаясь то рывками, то шатаясь из стороны в сторону, белоснежный кот хаотично заметался по поляне, а на его шерсти стали проявляться багровые пятна. В воздухе повис металлический запах крови.
Внезапно, кот остановился также резко, как и начал метаться: лапы подкосились, и он завалился на бок, спиной к целительнице. Бока, вздымающиеся еще минуту назад, замерли на последнем вздохе. Металлический запах крови, появившийся с приходом белого кота, только усиливался, и под конец, когда дышать было практически нечем, яркая вспышка с небес осветила поляну, «сжигая» собой тело кота и даря еще одну новость.
Из тех же зарослей выскользнула, словно мышь, маленькая тень котёнка. Испуганно смотря по сторонам, тень остановилась и пару раз беззвучно мяукнула. Затем, она обернулась, попятилась прочь от кустов, из которых только что вышла: погоня! И правда, следом выскочила и вторая тень, побольше. Двигаясь словно лиса к добыче, тень в один скачок настигла свою жертву, поглотила детский силуэт. Где-то вдалеке противно закричали птицы, и их голоса звучали совсем не в унисон. Перекрикивая друг друга, ссорясь между собой, они несколько раз пролетали буквально над самой тенью, но совсем не замечали её. К удовольствию той самой тени. Сгорбившись, темная эфемерная масса заметно испугалась трёх птиц, скользящих под беззвездным небом, но не сдвинулась с места, наслаждаясь разладом между пернатыми, подернутыми едва заметным светом.
Когда неразборчивые крики стихли, а щебет стал более мелодичным, синхронным, свет, распространяющийся от птиц, стал увеличиваться, расти. Стало легче дышать. Когда три птицы превратились в одну, но большую и светлую, тень заметно насторожилась, только собиралась рвануть в кусты, но коснулась яркого света, исходящего от пернатых. Извиваясь змеей, тень оказалась окольцована ярким светом, а затем и вовсе была уничтожена. Поляна затихла, будто бы оповещая целительницу, что страшные вести на этом подошли к концу.
Холодно.
Тепло.
Вновь холодно. Кошка вдохнула полной грудью, словно за всю свою прожитую жизнь ни разу не могла дышать. Глаза белоснежной кошки открылись, и перед взором престал бескрайний простор, не было видно ни начала, ни конца. Огромные угодья окружали кошку, та прошлась взглядом по первым травинкам, что находились под лапами, а потом подняла свой взор выше.
Уши машинально дернулись, ловя приближающийся звук. Целительница повернулась в сторону создаваемого шума. Он все нарастал, подобно чудовищу, что всегда рычит на гремящей тропе. Неожиданно из кустов вышел кто-то, такой же белый и пушистый как сама воительница Лесного племени. Неуверенно переступая с лапы на лапу, он передвигался рывками, а иногда даже шатался из стороны в сторону. Вязолистная Таволга сделала пару шагов, а потом словно окаменевшая статуя застыла.
Что напугало целительницу?
Подобно влепившемуся дьяволу в тело незнакомцу, то, начало хаотично метаться по поляне, светлое тело начало темнеть, а в нос пробрался знакомый запах – металлический запах крови, до тошноты врезавшийся в ноздри белоснежной. Таволга боится, хвост неуверенно метался в стороны, а уши прижались к голове. Она хотела ему помочь, но почему-то не могла. Где-то в глубине ее тела, закралась искра сомнения, а нарастающая паника лишь сильнее раздувало неуверенность.
Остановился.
Покачавшись на месте, словно ветвистая иволга, завалился. Кошка видела лишь белую спину, с багровыми пятнами, незнакомца. Бока ослабли и не шевелились, жизнь давно уже покинуло это существо и лишь бездыханное тело бренно лежало перед кошкой.
Шум собственного сердца в ушах, запах крови повисшей на поляне и перепуганные глаза белой целительницы.
Почему он умер? Кто это был? Почему Таволга не могла ему помочь?
Белая вспышка ослепила кошку и та закрыла на мгновение глаза. Тело исчезло, и запах крови провалился, остался лишь в глубине подсознания белогривой. Из тех же кустов, не теряя минут, выскользнула тень котенка, тело подсознательно напряглось, «это еще не все» - отдавалось в голове у Таволги. Тень безмолвно мяукнула и озираясь назад побежала прочь. «Нет!» - но голос Таволги остался лишь в ее подсознании. Но уже поздно, другая тень, что была больше, уже настигла свою цель. Вдали закричали птицы, возвращая все чувства целительницы обратно. Галдели, словно сорились, их птичий говор закладывал уши. Они кружили над тенью, но тот подобно лисе плутовке наслаждался видом, он радовался?
Постепенно крик стал более тихим, или же нет, их звук медленно слился воедино, а крылья стали излучать свет, что расходился все сильнее, заполнял поляну. Кошка почувствовала, как смогла двигаться, не уверено сделав пару шагов навстречу тени, она остановилась в нерешительности, сердце белоснежной по-прежнему отдавалась в висках гулким стуком.
Птицы слились воедино в одну большую, подобно яркому солнцу она светила сверху. Тень испугалась, побежала прочь, но нет. Стоило ей коснуться этого света, она подобно змее начало извиваться. Ей больно. Белогривая рванула к этому месту, но уже поздно. Все исчезло, поляна стихла. Оглядываясь по сторонам, Таволга старалась вновь увидеть хоть что-то, но все тщетно. Поляна сменилась темнотой, а потом и тусклым светом пещерки. Звук водопада постепенно вернулся и лишь испуганные глаза и бешено стучащее сердце напоминало об увиденном во сне.
«Надо успокоиться и вернуться обратно в лагерь», - на непослушных лапах кошка поднялась и пошла прочь. Разум погнал Таволгу обратно в лагерь, словно сзади на хвосте сидела незримая смерть.
Вы здесь » Коты - Воители. Легенды моря » Святилища » Пещера Небесных Водопадов
