Три дня, всего каких-то жалких три дня перевернули абсолютно всё. Ещё мирно сопя под боком у матери в Детской, Снегирь знала, что племя Шторма несколько сотен лун живут на берегу моря. Шерсть каждого, кто родился и вырос здесь, пропитана морской солью и запахом водорослей. Море было всегда, песчаный берег был всегда, лагерь, казалось, тоже был всегда, хотя легенды рассказывают обратное. Но уже несколько поколений Штормовых неизменно проживало именно здесь, и никто не мог даже подумать, что когда-то всё изменится.
Снегирь помнила каждое мгновение того страшного дня. Дня, когда её не было рядом с племенем, когда она с Когтишкой, как всегда, сбежала по своим важным (важным ли?) делам. Закат, шум моря, разговор, а потом ― кошмар. Оруженосец помнила тот момент, когда они с другом вернулись в лагерь. Точнее, туда, где он должен был быть. Сначала ей показалось, что это сон. Или чья-то злобная шутка. Ну или у неё просто глюки, и ей мерещится. Вместо привычного вида палаток ― простирающаяся вдаль бушующая стихия. Там, где жил целитель ― вода, где спали котята ― вода, где буквально этой ночью нежилась на подстилке сама Снегирь ― вода. Она бурлила, шипела, накатывая высокие волны, одна за другой, вглубь территорий племени. И больше ничего вокруг. Ни единого голоса. Как будто целое племя стёрло с лица земли.
Стёрло с лица земли.
Снегирь помнила, как эта мысль, выбившаяся из сотни других, крутившихся в голове, поразила её, словно молнией. Помнила она и то, как впервые в жизни у неё брызнули слёзы из глаз ― не наигранные, не от боли после ушиба, а от ужаса. От сковывающего страха за племя, за жизнь каждого, кого она знала. Снегирь помнила, как в панике начала бегать туда-сюда на месте. Впервые в жизни она не знала, что делать. Впервые она будто стала совсем другой. Это потом уже они с Когтишкой в глубине леса отыскали выживших, узнали, что случилось. А тогда оруженосец ощутила невероятной силы одиночество. Будто бы во всём мире остались только они с другом ― и больше никто. Даже Лёд представился ей в этой пучине, такой маленький и незначительный в сравнении с толщей воды, накрывшей лагерь. Снегирь поняла в одночасье ― несколько минут могут унести жизни целого племени, её родного племени. А потом в её голове промелькнуло воспоминание о посвящении Жало Скорпиона. Когда она сама, добровольно, полезла в эти бушующие воды и чуть не погибла. Когда чуть не погиб Когтишка. Из-за её глупой шалости могли оборваться две жизни. Также легко, как оборвались жизни её соплеменников, которые не заслужили такой участи, в отличие от неё самой.
Три дня после потопа Снегирь осмысливала всё, что было до него. Кошечка вдруг поняла, что все эти шалости, которые они с Когтишкой и Льдом чудили, хоть и были приятными, но не несли никакой пользы. Чуть не потеряв своих близких, своё племя, свою семью, она поняла, что на самом деле важно в этой жизни. Как бессмысленны были все её поступки из прошлого. Как бесполезна была она сама. Все её мечты стать сильнейшем бойцом племени в одночасье ей показались смешными. Хорош же боец, который только и ловит момент, чтобы драпануть с тренировки. Но самое главное, к чему она пришла за эти дни в своих мыслях ― она уже тысячу раз могла погибнуть, ведь её шалости не отличались безопасностью. Не только во время посвящения Жало Скорпиона, но и раньше. Любая из этих смертей была бы позорной. Что могли сказать соплеменники на церемонии прощания о ней? Наверное, мало хорошего... Для чего тогда всё это? Чтобы после себя оставить славу легкомысленной и бесполезной кошки? Смерть. О ней Снегирь тоже многое узнала за эти три дня. Она видела не одно бездыханное тело своего соплеменника, которое находили на месте потопа. Они уже были не среди живых и больше никогда не увидят рассвет, не смогут полакомиться вкусной рыбкой или просто понежиться на солнышке. Страшное слово ― «никогда». О нём не задумываешься в каждодневной суматохе.
Все эти три дня Снегирь вела себя не так, как раньше. Неизменно было лишь одно ― она всё ещё находилась рядом с друзьями, Когтишкой и Льдом. Но не потому, что с ними весело. Она боялась их потерять. В одну из ночей ей приснился кошмар, в котором друзей смывало огромной волной. А она не могла ничем помочь. После этого Снегирь не могла отойти от них. Теперь кошечка старалась быть полезной племени. А уж дел в нём хватало. Временный переезд в лес, поисковые патрули, помощь пострадавшим... Возможно, через некоторое время Снегирь сможет придти в себя и снова станет такой, как прежде. Но сейчас потрясение слишком велико. Что и говорить ― кошечка всегда была болтушкой, а в эти дни говорила мало. На неё это очень не похоже.
И вот наступила ночь Совета. Ещё по опасливым разговорам в племени она поняла ― грядёт нечто страшное. Поговаривали даже о возможной битве. И для себя Снегирь решила ― за племя будет сражаться до последней капли крови. Достаточно потерь и смертей, она должна защитить свою семью. Кошечка не могла до конца вникнуть в суть всего происходящего у Столбов Вечности. Но атмосфера напряжения чувствовалась и так. Какое-то странное чувство подкрадывалось, от него холодели кончики лап. Снегирь всё ещё надеялась, что племена всё решат мирно. Ведь сейчас важно примириться ― есть угрозы, с которыми в одиночку не справиться. Сектанты, восстановление лагерей... Появление чужака и вовсе выбило её из равновесия. Одиночка на Совете племён? Это что-то новенькое и, кажется, не сулящее ничего радужного. Но сюрпризы этой ночи ещё не закончились. Снегирь поспешила вслед за Когктишкой. Проблеск любопытства, некогда двигавший всеми действиями кошечки, поманил её и в этот раз. Ей тоже хотелось узнать, что же это за таинственная предательница, которую испепеляет взглядом всё племя Шторма. Подслушать разговоры взрослых, увы, не удалось.
― Значит, будем стоять до конца. А вообще, Когтишка, все эти распри так глупы. Неужели племена не понимают, что сейчас действительно важно? Забыть про многолунные обиды и объединиться против общего врага, ― она давно знала про Сектантов, но только сейчас поняла, как важно с ними покончить.
В мире, где стихия может погубить целое племя, нет места жестоким убийцам.
Отредактировано Снегирь (2019-06-26 20:43:53)
